108. Ю.И. Пантелееву[*1]

19 авг<уста> 1958

Дорогой Юра, не знаю Вашего теперешнего адреса и не уверен, дойдет ли до Вас это письмо. А очень хотелось бы, чтобы дошло: отчасти по моей вине, отчасти по вине разных неблагоприятных обстоятельств (главным образом болезней) связывавшая нас эпистолярная ниточка как-то прервалась, и я потерял Вас из виду. Если это письмо получите, отзовитесь, пожалуйста, и сообщите Ваш точный почтовый адрес.
Весной я долго валялся с обострением стенокардии, причем часть этого времени провел в больнице. Теперь никак не соображу, известно ли Вам, что мне с весны установлена персональная пенсия и, кроме того, я получил некоторую сумму за один сборник рассказов моего отца. Признаюсь, что это вызволило меня из ужасающего положения. Удалось расплатиться с долгами, «залатать» самые зияющие дыры и несколько месяцев не думать о заработке. А это тоже было необходимо, так как здоровье расстроилось вконец. Вдобавок целых полгода тяжело болела жена (раковая опухоль, операция, лечение рентгеном, колоссальный рентгеноожог и выздоровление после этого милого способа лечения). В июне мы поехали отдохнуть: сделали на пароходе путешествие до Уфы и обратно. Посмотрели (конечно, очень бегло) ряд интересных городов и наслаждались изумительной природой по берегам Волги, Камы и Белой. Немного отдохнули, пришли в себя. В Москве нам жить по-прежнему негде: комнату мы получим не раньше весны, а снимать летом комнату в огромном городе за бешеную цену — бессмысленно. Поэтому мы уехали в городок Переславль-Залесский Ярославской области, который нам очень расхваливали. Жена получила заказ на серию пейзажей для предстоящей в будущем году выставки «Советская Россия» и здесь очень продуктивно работала в этом направлении. Я тоже не сидел сложа руки. Что касается самого Переславля, то нам его ужасно перехвалили. Есть старинный монастырь, превращенный в музей, и несколько красивых церквей, находящихся в очень запущенном состоянии. Больше ничего привлекательного. Кругом — голые поля и озеро с плоскими берегами. Гулять было почти некуда, и мы без особого сожаления послезавтра отсюда уезжаем. Несколько дней пробудем вМоскве, а потом, если позволит здоровье, уедем на всю осень на Кубань. Говорю «если позволит здоровье» потому, что сердце постоянно выкидывает всякие фокусы, мешает двигаться, и никогда не знаешь, что будет завтра. Особенно плохо действует низкое атмосферное давление. В ясную погоду я часто бываю бодр и вполне работоспособен.
Для чтения у меня времени почти не хватает. Из нескольких книг, прочитанных за лето, единственной интересной оказалась «Люди или животные?» французского писателя Веркора[1] — роман, в утопической форме ставящий ребром вопрос о грани между животным и человеком и о том, есть ли какой-нибудь совершенно бесспорный признак—физиологический или психологический — отличающий человека от остальных видов. Выдвигаются, анализируются и отбрасываются один за другим всевозможные признаки, пока автор не приходит наконец к заключению, что единственным признаком приходится признать религиозный дух в самом широком смысле этого слова, со включением науки в круг охватываемых им понятий. Алле Александровне понравилась художественная сторона книги, мне — не очень.
Ну, кончаю, или, как говорят теперь, закругляюсь. Буду ждать от Вас весточки. Пишите о своем состоянии, о том, что читаете, о здоровье — вообще обо всем, о чем можете: ведь мне интересно все, касающееся Вас. Между прочим, как Ваш хронический насморк?
Адресуйте так: Москва, Б-62, Подсосенский пер., 23, кв. 28, мне.
В июне видел Ефима Яковлевича[2]. Он выглядит получше, у него хорошая семейная обстановка, очень скрашивающая для него старость и болезни. В Москве иногда встречал Борю[3]. Он работает заведующим фотографией. Изредка получал письма от Валерия[4]. Прожив несколько месяцев у матери, он завербовался на строительство, и с тех пор я о нем ничего не знаю. Виктор[5] — на родине Родиона, работает в том же учреждении, где работал несколько лет назад.
Крепко жму руку. Жена шлет привет.

Д. Андреев
Юрочка, простите ради Бога: вдруг выпало из головы Ваше отчество и, сколько ни вспоминал — так и приходится адресовать — с одним именем и фамилией. Лишний шанс за то, что письмо затеряется!

Д.А.


Следующее


ПРИМЕЧАНИЯ

*1

Впервые: Брянская учительская газета. 2006. 27 января. № 3 (158). Автограф — архив Н.А. Пантелеевой.

Обратно

1

См.: Веркор. Люди или животные. М.: Изд-во иностранной литературы, 1957.

Обратно

2

Шатов Е.Я.

Обратно

3

Чуков Б.В.

Обратно

4

Слушкин В.И.

Обратно

5

Рафальский В.П.; см. фрагмент, посвященный Д.Л. Андрееву из его воспоминаний «Репортаж ниоткуда» (Брянская учительская газета. 2006. 27 января. №3 (158) С. 9).

Обратно