115. А.М. Грузинской[*1]

13 окт<ября> <19>58

Дорогая тетя Шура,
целый месяц прошел раньше, чем состояние здоровья позволило взяться за письма.
Здесь чудесно. Погода—идеальная: солнечная, не жаркая, совершенно безветренная. Мы, после нескольких неприятных дней, проведенных в долине, в самом центре Гор<ячего> Ключа, рядом с Домом творчества художников, перебрались на гору, расположенную на окраине городка. Здесь тишина, прекрасный воздух и великолепные виды кругом. Снимаем половину уютного белого домика, состоящую из комнаты, кухни-столовой и маленького коридорчика. Питание нам носят за небольшую мзду из Дома художников. Имеется электричество, электроплитка, а у домика — несколько яблонь. Днем, когда тепло — даже почти жарко — лежу на топчане под одной из яблонь и наслаждаюсь голубым небом и видом на кавказские предгория, одетые золотыми и бронзовыми лесами.
Таким образом, бытовая сторона существования обставлена лучше, чем где бы то ни было.
А здоровье целый месяц было хуже, чем когда бы то ни было. Несколько раз дело доходило Бог знает до чего, и удалось выкарабкаться лишь благодаря Аллиной энергии и находчивости. Да и сейчас живу на каждодневных уколах эуфиллина, а в экстренных случаях — на инъекциях пантопона с кофеином. Главное, к обширному списку сердечных и сосудистых заболеваний присоединился еще астматический бронхит, не дающий как следует вздохнуть и крайне мешающий сну. Даже самые сильные снотворные действуют в таких случаях еле-еле.
Алла, разумеется, разрывается между уходом за мной — и живописью. Только по ее этюдам могу я составить представление о том, что за красота здесь повсюду. На основе этих этюдов она собирается позднее, когда польют дожди, писать картины для выставки.
Урывками, когда состояние позволяет, работаю с машинкой — сидя на кровати или лежа. На днях ухитрился кончить одну большую вещь, над которой работал лет 8.
Читать приходится очень мало: все экономлю время работы. Только по ночам, если снотворное плохо действует, и при маленькой ночной лампочке читаю понемногу «Махабхарату». Не могу вспомнить, писал ли я Вам о грандиозном впечатлении, производимом этим эпосом? В смысле пластичности образов «Илиада» и «Одиссея», конечно, совершеннее, перед бездонной философской глубиной и колоссальностью всей концепции «Махабхараты» меркнет не только Гомер, но и решительно все, что я знаю, исключая, пожалуй, «Божественную комедию». Но то — создание одного лица, великого гения, глубокого мыслителя и притом воспользовавшегося религиознофилософской концепцией, в основном сложившейся уже до него. Здесь же — фольклор, обширное создание множества безымянных творцов из народа, и это особенно поражает. Что это за беспримерный, ни с кем не сравнимый народ, способный на создание таких сложнейших философских, психологических, религиозных, этических, космогонических философем и на облечение их в ажурную вязь великолепного, утонченного стиха! Перестаешь удивляться тому, что именно Индия выдвинула в наш век такого гиганта этики, как Ганди, единственного в новейшие времена государственного деятеляправедника, развенчавшего предрассудок о том, что будто бы политика и мораль несовместимы.
Душевное состояние — хорошее, исключая отдельные часы, когда недостаток воздуха становится слишком уж болезненным.
Очень прошу Вас, дорогая: попросите Таню написать от Вашего имени несколько слов о Вашем физическом и душевном состоянии. Как Ваши бедные, милые глаза?
Крепко целую. Алла шлет, конечно, самый теплый привет.

Даниил


Следующее


ПРИМЕЧАНИЯ

*1

Впервые: СС, 3, 2. Автограф — архив А.А. Андреевой.

Обратно