34. В.Л. Миндовской[*1]

21 июля <19>43

Валя, милая,
Ваше письмо не то что растрогало, но даже смутило и заставило покраснеть: право; я ничем не заслужил такого отношения. Постараюсь оправдать его в будущем, когда наши жизненные пути сблизятся и, возможно, долгое время будут идти рядышком. То, что Вы пишите о следующем лете, головокружительно хорошо, и я стараюсь верить в это. До чего живуча всетаки человеческая душа. Правда, самых страшных и жестоких проявлений войн мне все еще не приходилось переживать, но все же я видел немало тяжелого и невыразимо печального. И несмотря на это, в душе не умерли ни радость жизни, ни надежда, ни жажда творчества, ни вера. Наоборот, они горячее, чем когда бы то ни было раньше.
Внешне моя жизнь еще течет по тому руслу, в кот<орое> попала около месяца назад, но, очевидно, скоро опять последуют перемены, хотя мне неясно еще, в какую сторону.
Тишина, долгое время царившая вокруг, сменилась шумом, но это в некотором расстоянии от нас; на несколько километров — ровное, спокойное поле, покрытое нивами и огородами, где несмотря ни на что мирно копошатся в земле жители расположенного вблизи большого города. Трубы фабричные, трубы его окраин и отдаленные шпили четко вырисовываются на фоне закатных небес. Погода улучшилась, и хотя дождь ежедневно, но по крайней мере тепло. Физически чувствую себя далеко не так бодро, как в психологическом отношении, но все-таки передышка этого месяца улучшила общее состояние организма.
Последнее время под действием акрихина ослабела даже малярия.
Крепко жму Вашу руку, спасибо, спасибо за все!
Пишите. Надеюсь — что до недалекого свидания.

Д.А.


Следующее


ПРИМЕЧАНИЯ

*1

Публикуется впервые. Автограф — архив Ю.Л. Мининой.

Обратно