47. В.Л. Андрееву[*1]

[Отправлено 12 сентября 1946 года]

Дорогой, милый, родной брат!
Наконец-то смог я убедиться, что все живы и здоровы! Восемь лет я не получал от тебя ни единой весточки. И хотя вера в то, что ты жив, меня не оставляла, но причин для беспокойства за тебя и твою семью было более чем достаточно. С радостью узнал я о твоей партизанской работе в немецком тылу. Следовательно, мы боролись с тобой против общего врага на разных концах Европы.
Прежде всего должен сообщить тебе печальную весть: в <19>41 г., как раз накануне войны, неожиданно скончался от кровоизлияния в мозг дядя Филипп[1]; в следующем году, уже в очень тяжелых условиях, умерла мама[2] (после мучительной болезни, длившейся 4 месяца), а через полгода за ней последовала и тетя Катя[3]. (В это же время в блокированном Ленинграде умерла Римма[4].) Наша семья распалась, старый добровский дом перестал существовать. Саша уже давно живет отдельно со своей женой. Шура и ее муж продолжают жить в нашей квартире, но хозяйство и вообще вся жизнь у нас отдельные; у нас — то есть у меня и моей жены Аллы. Женаты мы 2 года; женились в очень странных условиях, в совсем, казалось бы, неподходящее время: во время моей краткосрочной командировки с фронта в Москву. Наша встреча, любовь и совместная жизнь — величайшее счастие, какое я знал в жизни. Алла — художник, пейзажист и портретист. Оба мы работаем дома и никогда не разлучаемся больше чем на 2–3 часа.
Я долгое время был на фронте, участвовал в обороне Москвы и Ленинграда, был в Ленинграде во время блокады, переправившись туда по единственному пути — по льду Ладожского озера; потом был переброшен в район Великих Лук и Невеля и наконец в Латвию. Война сильно подорвала здоровье — и физическое, и психическое. Еще до ее окончания я был снят с воинского учета и направлен на лечение. Но полное излечение невозможно. Теперь я числюсь в категории инвалидов Отечественной войны. Работоспособность сильно понижена, способность двигаться ограничена. В связи с этим пришлось переменить род работы. Написал небольшую книжку на географическую тему, она понравилась (на днях уже должна выйти в свет), и получил заказ на вторую[5], на тему из области географических исследований, над которой сейчас и работаю. Недавно мы оба вернулись из небольшого городка Задонска, где проводили летний отдых; немного посвежели и даже потолстели. Живем очень тихо, изредка бываем на концертах и — крайне редко — в театрах. Усиленно мечтаем о вашем возвращении и общей жизни. Подумай, что могло бы быть лучше этого! Впрочем, для выражения наших чувств, как мы тебя любим, как скучаем по тебе, как много значит для меня твоя семья, как хочется обнять Олечку и Сашука и расцеловать Олю, — для всего этого все равно нельзя найти слов.
Обнимаю вас крепко, крепко, родной мой, Алик тоже обнимает и шлет самые лучшие сердечные пожелания. Привет от Ив<ана> Макс<имовича>[6].

Твой брат Даня


Следующее


ПРИМЕЧАНИЯ

*1

Впервые: Звезда. 2000. № 3.

Обратно

1

Ф.А. Добров умер в конце апреля 1941 г.

Обратно

2

Е.М. Доброва умерла в июле 1942 г.

Обратно

3

Е.М. Митрофанова умерла в январе 1943 г.

4 Андреева Р.Н.

Обратно

5

Речь идет о написанной в соавторстве с географом С.Н. Матвеевым книге «Замечательные исследователи горной Средней Азии» (М.: Географгиз, 1946) и книге «О русских исследователях Африканского материка», выходу которой помешал арест Д.Л. Андреева.

Обратно

6

И.М. Фитюков, бежав из немецкого плена, принял участие во французском Сопротивлении, в котором близко познакомился с В.Л. Андреевым; возвратившись из Франции, он, очевидно, передал Д.Л. Андрееву письмо от брата; см. о Фитюкове: Андреев В. История одного путешествия. М.: Советский писатель, 1974. С. 366.

Обратно