102. А.А. Андреевой[*1]

24 ноября 1958

Светик, просто покою нет от мыслей о тебе, вернее, от воображения, рисующего тебя то в Подсосенском у круглого стола, то на нашем диване, то на улицах, в метро, в учреждениях и т.д. — и нигде, ни в одном из этих мест тебе не может быть хорошо. Бедняжечка моя, пока мы были вместе, мне думалось, что я для тебя — поневоле ужасный груз, с моей болезнью. Но теперь мне кажется, что как ни тяжело было тебе со мной в последнее время, но без меня теперь еще труднее. Кто тебя приласкает, мою радость, кто согреет хоть немножко?
Хоть бы сдвинулось с комнатой что-нибудь — изменилось бы и твое душевное состояние. Но пока продолжается эта мертвая зыбь, нечего ждать и улучшения погоды в твоем душевном ландшафте.
Мое самочувствие лучше. На днях, очевидно, разрешат понемногу подниматься, а потом и заниматься литер<ату>рой (час или 2 в день).
Тогда же начнется и цикл всяких лабораторных исследований. Возможно все-таки, что 15 или 20 дек<абря> меня уже выпустят. По крайней мере, мне так кажется.
Если Козленочка сегодня не будет, пошлю это письмо по почте. Скучаю очень, очень. И если б не «Бесы» — извелся бы совсем.
В среду принеси, Листинька, всякую снедь: масло, сыр, варенье, что-ниб<удь> сладкое (м.б., просто пирожные?). Можно (если это несложно) 3–4 яйца вкрутую. И непременно сдобных булочек. Аппетит чудовищный, не знаю, что это значит!
Из вещей только одну: зуб<ную> щетку, ибо старую я здесь потерял. И расческу.
Целую все лапочки и вообще все, что можно поцеловать. Храни тебя Господь. Спи спокойно!
Привет нашим.
По телефону звонить — некому поручить: Виктор Ильич[1] вниз не спускается, ему стало хуже.


Следующее


ПРИМЕЧАНИЯ

*1

Это и все нижеследующие письма написаны Д.Л. Андреевым в период его пребывания в Институте терапии АМН СССР (палата № 28) с 14 ноября 1958 по 17 февраля 1959 г.

Обратно

1

Сосед по палате.

Обратно