42. Д.Л. Андрееву

22 декабря 1955

Солнышко мое!
Видишь, как мы повадились тебе писать? По этим письмам ты можешь видеть, как много едет домой людей близких (относительно) и честных.
<...> Сегодня получила письмо от My. Она не едет к тебе из-за сильных морозов, а как станет теплее — приедет. Они оба, бедненькие, были в Прокуратуре, и им сказали прийти 28.ХII. 28.XII им скажут прийти 11.I, потом 26.I и т. д.
Два года, как я подала первое заявление в эту собачью Прокуратуру. Два года!
Я получаю довольно много писем от уехавших отсюда. Во всех этих письмах есть одна общая деталь: все вспоминают здешнее житье так, как сейчас мы вспоминаем дом. Жалоба одна и та же: нет общего языка с окружающими. Неужели это обязательно? Хорошо, что мы оба прошли если не одно и то же, то близкое — не будет пропасти между нами.
Милый, ты всегда так восстаешь против моих «азиатских» вариантов. Чудачок, родной, неужели ты думаешь, что я так рвусь в Сибирь? Но как ты не понимаешь, что эшелон в Новосибирскую область гораздо реальнее 101-го километра, а Подсосенский — это уже совсем мечта. Я не боюсь ничего и имею на это основания: у меня руки, знающие ремесло, а это — главное.
Вообще, дружок, вариантов жизненного устройства много, лишь бы вырваться.
Все-таки надо кончать письмо: уже поздно, а еще надо написать маме. Ребенок все еще пишет и страшно сопит и вздыхает. Целую тебя в хорошую головку, мой хороший. Привет другу.


Следующее