70. Д.Л. Андрееву

24 июня 1956

Солнышко мое!
Сегодня такой хороший день — Троица, день святого Яна у католиков и древний праздник Лиго у латышей.
<...> Знаешь, родной, я много перечитывала и письмо твое, и чудесное стихотворение, посвященное Блоку, и задумалась над чертой твоего характера, давно мне известной. Не знаю, как бы потолковее высказаться. Тебе как-то удивительно свойственно раскаиваться. То тебя мучит (это было в давнишних письмах), что ты со мной где-то был не так, теперь тебя мучит, что З<ее> ты неполно платил за его отношение, никак ты не можешь забыть тропинок, закручивающих твою юность... Ну что ты себя мучаешь, мало тебе того, что от тебя не зависит? И меня, и З<ею> ты любил как умел, давал все что мог, о чем ты жалеешь? Юность давно прошла, оставив свой след и опыт — и Господь с ней! Никто на земле еще не был прав. По-моему, если было что плохо и понял это — больше не надо, а что прошло, то прошло, впереди бы наделать поменьше плохого. Это я не навязываю тебе, а просто высказываюсь. На моем душевном счету есть просто безоговорочно подлые поступки, но мое единственное отношение к ним — анализ причин, по которым я так поступила, чтобы, по возможности, больше этого не сделать. А всегда помнить и всегда каяться — даже не подумаю. Интересно, как воевал бы солдат, если б каждого убитого им в бою переживал бы так, как, может быть, это и было бы правильно? Правильно — в жизни, а не на войне. А я себя в жизни чувствую солдатом, и психология у меня соответствующая. Довольно неважненький солдатик, ну, уж как выходит — лучше не умею. Повторяю, что не пытаюсь тебя учить, просто задумалась над тобой и над собой.
Я гораздо больше плохого сделала в жизни, чем ты, и гораздо меньше об этом думаю, чем ты.
А одного не могу вспомнить без злости и досады «хорошего»: того, что ты был хорошим другом, а я хорошей женой Сереже. Очень жаль. У себя отняли, а ему не прибавили. <...>
Ну вот, Заинька.
Сейчас пойду в лес за ягодами. Небо затянуло, кругом гремит, но дождь никак не разойдется, и очень душно. Боюсь, что твоему сердечку очень плохо, мой хороший.
Целую тебя, дорогой.

Твоя Алла


Следующее